MGI
МосГорИнфо / Природа Москвы

Былые пушные богатства

В отличие от бабкинских горе-рыбаков и «некто Н. Терюхин», и монастырская братия, и множество других людей ловили рыбу не для «интересу», а занимались добычей на предмет питания или торговли, как повелось с древнейших времен, когда рыболовство было промыслом, которым летом занимались многие русские крестьяне. Не зря летописные источники свидетельствовали, что «рыбный суп почитается питательнейшей и полезнейшей пищей», а в трактире И. Я. Тестова подавали кулебяку с начинкой в двенадцать слоев: первый - мясо, второй - рыба, третий - налимья печень и далее - грибы, цыплята и разная дичь.

Наряду с рыбой дичь широко использовалась в русской кухне, благодаря чему тысячи охотников промышляли добычей и продажей лесной живности, уничтожая в сезон огромное количество зайцев, тетеревов, рябчиков, куропаток, уток, перепелов и других птиц. Ни лук, ни позднее ружье не могли обеспечить столь массовые заготовки, добытчики пользовались силками и тенетами, водоплавающих били палками во время линьки, зайцев брали на островах в половодье, корзинами собирали яйца. Во время казанского похода Ивана Грозного охотой кормилось все войско. Неудивительно, что столь хищническое потребление способствовало уменьшению численности фауны.

Былые пушные богатства московских лесов кажутся невероятными. Бобров промышляли на притоках Оки под Серпуховом, в бассейнах Пахры, Вори и Шерны. В районе нынешнего Павловского Посада жили княжеские бобровники, до середины XVI века платившие оброк бобровым мехом.

На юго-востоке Подмосковья добывали шувойскую белку, знаменитую качеством меха на всей Руси и за границей. Богатства природы позволяли правителям Московского государства щедро одаривать русскими мехами иноземных послов и королей. В 1594 году Борис Годунов отправил в Вену меха 20 040 куниц, 337 235 белок, 3000 бобров, много было и других подобных подарков.

Туристическая Москва © 2011